Холодное осеннее солнце быстро катилось к закату, освещая слабыми лучами
почерневшие от времени тяжёлые бревенчатые стены домов и тёмно-бурые соломенные
крыши белорусских хат. То грузные свинцово-лиловые, то прозрачно-серые пуховые
тучи, гонимые холодным порывистым ветром, перекрывали ненадолго солнечные
ярко-красные лучи, и тогда бродяга-ветер, словно очумелый, начинал яростно
кружить, разметая неприкрытую солому и стучась в окошки покосившихся хат. Под
порывами ветра шуршали, трепетали, облетая и прощаясь с ветвями, опадающие листья
сутулых яблонь. Осень пришла, и ей было абсолютно безразлично, что творится в
этом терзаемом катаклизмами и войной мире. Оскудевшее коровье стадо уныло
проплелось по деревне, подняв ворох пыли, и снова всё затихло, только поскрипывал
на ветру сделанный из консервной банки легкий ржавый флюгер.